«Крабовый гамбит»

Герман ЗВЕРЕВ
Президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ):

Законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» в части совершенствования порядка распределения квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов» станет ярким примером «законодательного гамбита» в истории современного российского законотворчества. Гамбит – это одна из разновидностей начальной стадии шахматной партии, в которых одна из сторон в интересах быстрейшего развития, захвата центра и просто для обострения игры жертвует материал (обычно пешку, но иногда и лёгкую фигуру).

Факт первый. Законопроект готовился так, как ранее не готовился ни один из законов, действие которого распространяется на обычную хозяйственную деятельность и не относится к сфере обороны и безопасности государства. Законопроект готовился под грифом «секретно», что сделало невозможным участие бизнес-объединений, отраслевого сообщества и региональных властей в обсуждении законопроекта на стадии его подготовки.

Факт второй. Оценка регулирующего воздействия законопроекта происходила в ускоренном режиме: 15 дней – публичное обсуждение, 10 дней – подготовка заключения об оценке регулирующего воздействия. Несмотря на то, что законопроект меняет один из базовых принципов одной из базовых отраслей в десятке прибрежных регионов страны, оценка социально-экономических последствий и социально-экономических рисков законопроекта происходила в ускоренном режиме.

Факт третий. Заключение об оценке регулирующего воздействия было подготовлено на основании 1 492 отзывов региональных органов власти, хозяйствующих субъектов, бизнес-объединений и содержало ясный и чёткий вывод: авторы законопроекта не изучили возможные альтернативные способы достижения заявляемых целей и не оценили возможные социально-экономические риски. Но заключение об ОРВ не было учтено при обсуждении законопроекта в Правительстве Российской Федерации (действительно, ведь в гамбите можно пожертвовать пешкой).

Факт четвёртый. Совет Государственной Думы принял решение при рассмотрении законопроекта отказаться от предусмотренной Регламентом Государственной Думы процедуры рассылки законопроекта в региональные органы власти для его рассмотрения в течение 30 дней. Напомню, что федеральному закону «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» в нынешнем декабре исполняется 15 лет и за эти годы закон изменялся 21 раз. Всякий раз все предыдущие поправки направлялись в региональные органы власти, так как водные биологические ресурсы в соответствии со статьёй 72 Конституции Российской Федерации относятся к сфере совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Однако в случае с крабовым законопроектом было принято другое решение – не обсуждать законопроект с регионами (действительно, ведь в гамбите можно пожертвовать лёгкой фигурой).

Факт пятый. Законопроект вносит 14 поправок в действующий закон и вводит новый вид квоты на вылов водного биологического ресурса – новый не только для России, но и для мирового рыболовства в целом. Новая квота сочетает в себе два принципа: аукционную процедуру распределения и инвестиционные обязательства. Смелость (я бы сказал, инновационность) законодательной мысли должна сопровождаться законодательной скрупулёзностью. Для этого основополагающие принципы распределения такой квоты должны быть установлены непосредственно в законе нормами прямого действия. Однако ВСЕ ключевые принципы распределения новой квоты будут установлены шестью подзаконными актами, тексты которых неизвестны депутатам. В законе отсутствует даже перечень тех самых инвестиционных объектов, ради создания которых – как было заявлено руководителем Росрыболовства Ильей Шестаковым – и принимается закон.

Факт шестой. Законопроект не устанавливает объём ресурсов, который будет выставлен на аукцион. Это решение будет принимать Правительство и, судя по продолжающейся дискуссии, некоторые участники рынка могут счастливо избегнуть «отполовинивания» ресурса: список счастливчиков утвердят на основании предложений Росрыболовства.

Факт седьмой. Законопроект об аукционах в рыбной отрасли предусматривает распределение громадного ресурса сроком на десять лет. Стоимость ресурса за десять лет оценочно составляет от 350 до 500 млрд. рублей (точнее оценить нельзя, так как в законе не установлен объём ресурса). Однако законопроект не содержит никаких надёжных гарантий появления на карте нашей Родины упомянутых в законе загадочных «инвестиционных объектов». Ссылки авторов законопроекта на установленную ст.13 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» процедуру расторжения договоров о закреплении доли квоты в случае неисполнения требований закона несостоятельна. Росрыболовство, действительно, обращается с такими исками в судебные органы, но судебная тяжба длится два-три года.

Победитель аукциона получит квоту и будет добывать краб в течение трёх лет, затем – если не построит неназванный пока в законе «инвестиционный объект» или построит не тот «инвестиционный объект» – ещё три года будет судиться с Росрыболовством и продолжать промысел. Шесть лет промысла 50 тысяч тонн крабаобеспечивают доход в 330 – 400 млрд рублей, что позволит отбить затраты на аукцион и банковскую гарантию. А вот гарантий сооружения в прибрежных регионах России тех самых «инвестиционных объектов»– никаких.

Законопроект об аукционах в рыбной отрасли меняет базовые принципы отраслевого законодательства, не содержит никаких гарантий повышения инвестиционной активности в отрасли и открывает широкие возможности для злоупотреблений. Это те самые жертвы, которые и присущи гамбиту.

Источник: Fishnews